– Это представляется наилучшим выходом, – мрачно возразила координатор, старательно скрывая настоящую причину.

– Но она не может лететь. Она потенциальная Прайм… – Сиглен запнулась, смертельно побледнев. Она бросила ожерелье и схватилась за пульт. – Она… она умрет. Вы и сами это отлично знаете. – Слова Сиглен напомнили, что происходит с настоящими Талантами в пространстве. – Вспомните, как было плохо Дэвиду, как страдала Капелла. Подвергнуть ребёнка… с неизвестным потенциалом… такой разрушающей мозг травме! Вы сошли с ума, координатор. Вы не можете! Я не позволю сделать это!

– Но вы не даете ребёнку развивать свой талант. На Земле, в Центре, она получит внимание специалистов и должную подготовку.

– Вы лишите ребёнка Альтаира, отошлете её от родных и друзей…

– Но у неё никого нет на Альтаире, – невольно вырвалось у Камиллы.

Внезапно она поняла, что Сиглен готова изменить её решение. – Прайм Сиглен, это приказ Совета. Подопечная Альтаира должна быть доставлена на Землю, в Центр, со всей мягкостью, на какую вы способны, на пассажирском космолете, который прибудет на Альтаир именно для этой цели. Всего хорошего!

Как только экран потух, координатор повернулась к главному медику и Лузене:

– Я думала, она вышвырнет ребёнка в космолет, не дав тому приземлиться.

– Это правда, что она говорила о Дэвиде с Бетельгейзе и Капелле? – спросил медик, нахмурясь. Десять лет назад он был ещё младшим медицинским администратором, которого никто не посвящал в подобные секреты.

– Да, ни один из Праймов не может безболезненно летать в космосе, и никто из них никогда не телепортировал себя на большие расстояния, – задумчиво ответила координатор, – но девочке будет намного лучше без дисциплины Сиглен.

– Я должна вернуться. – Обеспокоенная Лузена нервно поднялась. – Девочка спала, и я не хочу, чтобы, проснувшись, она не увидела меня рядом.